— Хорошо. Хотя, конечно, это не совсем так, — произнес он на одном дыхании. — Я испытываю чувство вины, думаю, что мне следовало поддерживать с тобой связь, мне ведь надо было понять после той встречи, что с тобой что-то неладно, мне не надо было звонить Кэрол после твоего последнего звонка, когда ты еще была в беспамятстве…
— А почему ты, собственно, должен был понять, что что-то не так? Ты что, психиатр? Откуда ты вообще мог что-нибудь знать и о чем-нибудь догадываться? А звонок Кэрол было очень естественным шагом…
— Я же мог все испортить. — Дэниэл вскочил на ноги и заходил по комнате, он подошел к окну и посмотрел на улицу. — Ведь это из-за моего звонка Кэрол освободила Паулу. Это же просто игра случая, что они не смогли связаться с Майклом и остановить тебя.
— Но ведь они не смогли этого сделать. Они не остановили меня. А уж теперь-то это им и подавно не удастся.
Дэниэл вернулся на середину комнаты, сел в кресло.
— Как обстоят дела сейчас?
— Трудно сказать, — призналась Джейн. — Окружной прокурор пока продолжает расследование. Они не могут найти Пэт Рутерфорд. Очевидно, она уехала в отпуск в Европу и не вернется до начала будущей недели. А мистер Сикорд, директор школы, занял сторону Майкла. Они долго беседовали с Майклом, когда он в тот злосчастный день приехал с перевязанной головой забирать Эмили. — Она пожала плечами. — Во всяком случае, это будет очень нелегко.
— Но ты, ты сама, уверена в успехе?
— У нас есть человек, который может поддержать наш иск собственным обвинением. — Джейн посмотрела на часы. — Ее зовут Салли Беддоуз, ее дочь лечилась у Майкла. Салли придет примерно через час.
— Кофе готов, — объявила Сара, внося в гостиную большой поднос с кофейником и чашками. Она поставила его на кофейный столик, едва не столкнув на пол маленький завернутый в серебряную фольгу ящичек.
— Ничего, ничего, я поймаю его, — воскликнул Дэниэл. Он пододвинул на край столика сверток и прочел прикрепленную к нему записку. — Признавайтесь, у кого сегодня день рождения?
— У Майкла довольно своеобразное чувство юмора, — сказала Сара, показывая Дэниэлу бриллиантовое кольцо.
— Ничего себе шутка. — Дэниэл закрыл коробочку с тем же брезгливым выражением лица, как у Джейн, когда она несколько раньше укладывала кольцо в тот же ящичек. — Этот человек, что, не понимает, что ты подала на развод?
— Думаю, это часть его стратегии, — отозвалась Джейн. — Этакий до конца любящий муж.
— Но ведь он продолжает оспаривать право на опеку. — Дэниэл скорее утверждал, чем спрашивал.
— Мы встречаемся с нашими адвокатами в понедельник, чтобы попытаться достичь какого-нибудь соглашения. — Джейн приняла из рук Сары чашку кофе.
— Я удивляюсь, как это ты можешь желать встречи с ним после всего того, что он сделал!
— А что он сделал? — Джейн широко раскрыла глаза в притворном изумлении. — Ведь это я и только я потеряла память и отправилась путешествовать в какую-то одной мне ведомую Гагаландию. Это я склонна к вспышкам насилия. Я ведь пыталась убить не только его одного. Я угрожала служанке ножом, а его родителям ножницами. Каждый будет только рад свидетельствовать в его пользу.
— Но лекарства, которые он тебе давал…
— Я сама стащила их из его докторского саквояжа. Он лишь делал мне инъекции, когда я начинала уж очень бушевать.
— А что говорят врачи? Ведь…
— …врачи подтвердят, что я страдала истерической амнезией. Не думаю, что это произведет на судей благоприятное впечатление. Ведь судей не было, когда Майкл давал мне не те лекарства. В данном случае его слова столкнутся с моими. Это будет поединок слов, не более того. По мнению судей, он — образец заботливого мужа. Кроме того, он один из них. И они не будут слишком стараться запятнать своего уважаемого коллегу.
— Даже доктор Мелофф?
— Единственное, что он может сказать — это то, что женщина, которую он наблюдал, страдала в то время истерическим фугитивным статусом. Он катался на плоту, когда всплыло все это дерьмо.
— Так ты говоришь, что Майкл может выиграть дело?
— Я говорю, что у него есть неплохие шансы, если он решит дать мне бой.
В дверь позвонили.
— Я открою, — сказала Джейн. От дурного предчувствия ей стало нехорошо. Может, это Дайана привела назад Эмили? Может, ребенок сильно переживал, что оставил маму так надолго? Может, Дайана привела ее назад, чтобы Эмили убедилась, что с ее мамой ничего не случилось и она дома? Может, это еще какой-нибудь сюрприз от Майкла?
Джейн узнала в женщине, стоявшей в дверях, Салли Беддоуз, ту самую, с которой она столкнулась когда-то в приемной Майкла. Это у нее на коленях сидела тогда охваченная ужасом девочка.
Она быстро открыла дверь.
— Миссис Беддоуз. — Джейн, приглашая женщину войти, украдкой взглянула на часы. — Простите, но я ждала вас только через час.
Женщина нервно оглянулась.
— Я знаю, что пришла слишком рано. Но я не могу долго задерживаться. Меня в машине ждет мой муж. — Она указала на черный «форд», стоявший напротив подъезда. Его двигатель работал на холостых оборотах.
— Зачем же ему ждать на улице… — начала было Джейн.
— Он так хочет. Я сказала ему, что я на минутку.
— На минутку? Но, миссис Беддоуз, нам надо очень многое обсудить.
— Вы не хотите войти, миссис Беддоуз? — спросила Сара, появляясь в прихожей. В это время зазвонил телефон. — Я сейчас приготовлю свежий кофе.
— Нет, нет, я не могу задерживаться. — Было очевидно, что женщина не собирается проходить дальше холла.